Марина Нарицына (naritsyna) wrote,
Марина Нарицына
naritsyna

О 97 конференции 17 января: проблемы взаимодействия субличностей

Вот теперь уже заметно, что курс наш вышел на финишную прямую. Но при этом к концу, как оказалось, прибереглось практически самое интересное.
Вчера говорили о том, как схематически складываются с точки зрения теории субличностей такие распространённые проблемы, как фобии, оценочные зависимости, трудности выбора и т.п. А также – как формируется "перегруженный Взрослый" и как держать "фигу в кармане".


НН начал с фобий, как с наиболее распространенной проблематики, притом окружённой своими мифами. В частности, многими фобия расценивается как неизлечимая болезнь, но при этом "уважаемая в обществе". Насчёт неизлечимости – доля правды в этом есть: пока бессознательному, то есть внутреннему Ребёнку, фобия будет выгодна – от неё избавиться практически невозможно. Если даже путём выраженно директивной терапии "выдавить" из клиента одну фобию – он практически тут же приобретёт другую, если нужда в ней как таковой осталась.

С точки зрения субличностей фобия – это страх внутреннего Ребёнка, даже скорее его защита и спасение. С помощью своей "боялки" он защищается от того самого грозного внешнего Родителя, проросшего в личность, и от его неподъёмных, с точки зрения Ребёнка, требований. Поэтому терапия фобий, реальная и эффективная – крайне сложна: докопаться до проблематики внутреннего Ребёнка, то есть бессознательного, которое прячется за такой защитой – весьма непросто. Особенно если клиент на позиции "нас трое – я, ты и твоя проблематика" поначалу вольно или невольно оказывается на стороне своей проблематики.

И ещё тонкий момент: с фобиями сложнее всего работать консультативному терапевту, потому что Взрослый клиента, необходимый в принципе для такой терапии, при подобной проблематике либо отсутствует, либо крайне глубоко спрятан и там связан по рукам и ногам. Но есть ему удаётся помочь выбраться – терапия фобий идёт довольно успешно.

Оценочная тревожность (все-таки здесь точнее говорить скорее о тревожности, чем о зависимости) – это результат хронического конфликта внутреннего Родителя-контаминанта и внутреннего Ребёнка, причём опять же при отсутствующем (или задавленном) Взрослом. И терапия тем сложнее, чем дольше давление контаминанта "будь хорошим, тогда я не стану тебя ругать". Иногда такой оценочный подход "ты обязан нравиться всем, чтобы я не ругал тебя" формируется буквально с пелёнок. И что важно – у такого подхода есть изначальный внешний заказчик: чаще всего какой-то реальный родитель, чьим голосом, собственно, и говорит в итоге Родитель-контаминант. Реальному родителю в таких ситуациях обычно в глубине души очень страшно, что его реальный ребёнок может стать самостоятельным и его самого в чем-то превзойти. Тогда ребёнку постепенно формируют своего рода озабоченность внешними оценками и ориентацию только на них, а постфактум – и зависимость от них (об оценочной зависимости как таковой мы подробнее говорили на этой конференции) .
Чаще всего это великое противостояние приводит к банальным неврозам. А наиболее эффективная терапия здесь, как ни странно – с привлечением Взрослого клиента.

Кстати,  далее НН задал интересный вопрос: как вы думаете, кто из субличностей старше по возрасту? Ребёнок, Родитель или Взрослый?
Самый старший из субличностей – внутренний Ребёнок. Он формируется раньше всех, буквально с рождения.
Потом – начальный Взрослый. Потом – Родитель. Так что если формально, то Родитель – самая младшая субличность! А если не мелочиться - то формально все они примерно ровесники и живут столько же, сколько сам человек. И как только вы слышите внутри себя Родительский голос "Я лучше знаю, я больше тебя видел, я жизнь прожил" – знайте, это скорее всего чужой Родитель, ваш контаминант.

Формально человек, обладающий логикой, способен это ощутить и вычленить "чужой голос". И полностью его блокировать. Но здесь возникает проблема другой крайности: так называемый "перегруженный Взрослый".
Такое бывает у людей, которые Родительскую субличность отключили вообще. И вся рутина, все жизненные шаблоны легли на плечи Взрослого. Например – надеть одежду перед выходом на улицу. Помыть руки. Посчитать сдачу. Поздороваться с соседом в лифте. Сказать спасибо кассиру в магазине. Поддержать "смолл ток" на улице. И так далее.

Формально это та самая ситуация, когда "выплёскивают с водой и ребёнка", то есть вместе с чужеродным контаминантом отключают и родного Родителя. Но если ложка дёгтя в бочке мёда реально вынуждает выбрасывать всю бочку (мы уже не будем говорить, что в подобной ситуации получается из двух кило повидла при добавлении килограмма другой, менее аппетитной субстанции), то с Родителем все и проще, и сложнее: можно разделить своего и чужого Родителя. И чужого выбросить, а своего оставить, чтобы занимался шаблонами и рутиной. Но вот это разделение как раз желательно осуществлять с помощью психотерапевта. Потому что самостоятельно эта задача близка к операции под общим наркозом на себе самом.

Эмоциональная зависимость, по словам НН, близка к оценочной тревожности. Это скорее ее концентрированный вариант: если при оценочной тревожности положительные оценки нужны от определённого социума (крайний вариант – от всех), то при эмоциональной зависимости нужны эмоциональные поглаживания, и только от одного человека. Формально ситуация эмоциональной зависимости – это один большой перепуганный внутренний Ребёнок. И куда делись при этом остальные субличности, и чем они заняты – лучше всего анализировать опять же на терапии, которая даст возможность заглянуть в область бессознательного.

Трудности выбора обычно возникают в ситуации оценочной тревожности/зависимости при наличии внешнего актуального оценщика, опирающегося на детерминированную логику "в каждой ситуации есть только один правильный выбор". И "оцениваемый" должен сделать этот выбор, причём по критериям оценщика, которые тот оцениваемому напрямую не сообщает, "потому что сам должен знать". Или ещё вариант – критерии известны, но для того, кто делает выбор – мало приемлемы. Или совсем неприемлемы. И, безусловно, у него нет никакого права на ошибку.

Подобные проблемы часто путают с перегруженным Взрослым, однако в данном случае на месте собственного Родителя полностью сидит контаминант. Здесь можно говорить не только о задавленном Взрослом, но и о задавленном Родителе – своём собственном. Но у этого негатива есть и другая сторона: довольно часто с помощью и под информационным "руководством" психотерапевта свои субличности – Взрослый и Родитель – объединяются и свергают контаминанта. А психотерапевт нужен в основном затем, чтобы проработать страх перед ним: потому что контаминирующий Родитель чаще всего представитель собственного реального родителя, спорить с которым поначалу страшно и "нельзя, и всё". Если это аналитически преодолеть – дальше многое решается уже самостоятельно.

Сбой мотивации – тоже интересная проблема. Говоря о третьей мотивационной группе и в частности о прагматиках, мы с определённой долей иронии упоминали, что в нашем социуме (как и в любом до сих пор иерархическом) практически нет чистых прагматиков: все они контаминированы Родителем со второй группой мотиваций. И в результате человек живёт чужую жизнь, идёт по чужой дороге и пытается достичь целей, которые его бессознательному, то есть внутреннему Ребёнку – не нужны и не интересны. Но внутренний голос говорит: "Прежде чем заниматься своей ерундой (то есть тем, что необходимо Ребёнку!), ты должен сперва достичь…" – и дальше разворачивается полноценный второгруппный список. Ситуация напоминает старую байку, в которой рыбку вынуждают залезть на дерево.

И вот здесь НН подчеркнул один крайне важный момент, который мы уже озвучивали, но который именно здесь важен: чьи цели преследует Родитель-контаминант, разворачивающий этот список? И подчас говорящий "Это все для твоего же блага"?
Верно, свои собственные. Точнее, того человека, чьим голосом этот Родитель разговаривает внутри вас. А ещё точнее – внутреннего Ребёнка этого человека.
Это тому Ребёнку, из второй группы мотиваций, страшно, если потомок будет "не как все", не добьётся "чего положено и принято", а вместо этого будет "заниматься ерундой".
Это тому внутреннему Родителю страшно, что общество осудит его за это как "негодного производителя потомков".

Поэтому, когда внутри вас начинает звучать что-то вроде "прежде чем заниматься этими глупостями, ты должен добиться…" – и список, то скорее всего - за ваш счёт кто-то хочет решить свои внутренние проблемы.
А если, даже осознав это, вам трудно от этого внутреннего решателя избавиться – тогда зовите на помощь консультативного психотерапевта с анализом, на помощь вашему Взрослому.

И наконец – про "фигу в кармане".
Фактически это вариант, когда все три субличности работают в гармонии и согласии по принципу "Потому что мы банда" :)  Причём в ситуации, когда извне к человеку предъявляются достаточно жёсткие требования. И основные участники здесь – свои собственные Взрослый и Родитель. Первый рассчитывает стратегию, а второй подключает шаблоны реагирования, в том числе на иерархическом языке. Тандем Ро и Вз в этом случае может дать прекрасные результаты – при условии, что Родитель свободен от голоса контаминанта.

На следующем занятии мы планируем от внутриличностных конфликтов перейти к кусочку теории конфликтов межличностных, включая понятия трансакций по Бёрну.

Tags: Взрослый-Ребенок-Родитель, наши скайп-конференции, оценки и оценщики, проблема выбора
Subscribe

Posts from This Journal “наши скайп-конференции” Tag

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 28 comments